Учитель юкагирского Анна Татаева рассказала о создании первых учебников по родному языку для средней школы и поделилась опытом о преимуществах и недостатках дистанционного образования

Анна Татаева девять лет ведет юкагирский язык в экспериментальной школе «Арктика» в Нерюнгри, а сама живет в Якутске. Занятия проводятся дистанционно. Ученики, с которыми педагог занималась в первые годы работы, уже получили аттестаты и сейчас учатся в вузах. И они могут поддержать диалог на юкагирском языке. Учитель занимается с подростками по собственным педагогическим наработкам и параллельно участвует в создании линейки учебников для средней школы. Ожидается, что, когда пособия выйдут в свет, учить юкагирский язык детям станет проще. О том, как сейчас ведется преподавание и как с дистанционными технологиями учить родные языки, Анна Татаева рассказала «КМНСОЮЗ-NEWS».

– Анна Николаевна, как вы начали вести юкагирский язык в формате видеоконференций?

– В 2016 году мне предложили стать учителем юкагирского языка в «Арктике» в городе Нерюнгри. Но в 2017 году по семейным обстоятельствам я переехала в город Якутск. Поскольку с 2017-го я живу в другом городе, обучение началось в дистанционном формате. На тот момент это еще было редкостью, такой формат стал массовым в пандемию. Но в «Арктике» он применяется давно, потому что тяжело найти учителя по родному языку.

– А как вы стали учителем юкагирского?

– Пошла по стопам моей мамы Татаевой Федосии Николаевны, она более 40 лет работает учителем начальных классов в селе Андрюшкино Нижнеколымского района Якутии. Юкагирскую речь дома я слышала с детства, бабушка и дедушка с мамой говорили на юкагирском языке, и я всегда мечтала стать учителем. Мой папа – тоже юкагир. Дома бытовые фразы мама старалась говорить на родном языке. Любовь к языку мне привили мой первый учитель юкагирского языка Вырдылина Анна Гавриловна и, конечно же, моя мама. За что я им очень признательна. Благодаря им я не только научилась говорить на бытовом уровне, у меня появилось понимание, что собой представляет юкагирский язык с точки зрения лексики, грамматики. Я получила филологическое образование в Северо-Восточном федеральном университете им. Аммосова. Сейчас там готовят специалистов как по юкагирскому языку, так и по языкам других коренных народов, проживающих в Якутии.

– А какой из юкагирских языков вы учили и преподаете?

– Тундренный. У меня есть представление о лесном юкагирском языке, но я на нем не говорю. Лесной и тундренный юкагирские языки очень сильно различаются между собой. Но мы один народ, у нас общие традиции и культура.

– А среди ваших учеников есть лесные юкагиры?

– Вопрос на самом деле сложный. В школе «Арктика» есть одна девушка из смешанной семьи – среди ее предков эвены и лесные юкагиры. Она вначале хотела учить юкагирский язык и посещала мои занятия, но спустя полгода решила сменить вектор и стала изучать эвенский. И я ее понимаю – юкагирский язык сам по себе трудный, а если пытаться перейти с лесного на тундренный, то это вдвойне сложнее. Поэтому очевидно, что если будет запрос на изучение лесного юкагирского языка, то потребуется другой преподаватель со своей программой. И это больной вопрос, ведь юридически юкагирский язык один. Но для лесного нужны свои учебные пособия. Если для тундренного юкагирского языка такая база создается, то для лесного все еще в начальной стадии.

– А какие пособия разрабатываются для тундренного юкагирского языка?

– Их много. У нас есть авторская группа из трех человек, куда вхожу я, моя мама и руководитель отдела полилингвального образования Якутского филиала Федерального института родных языков Наталья Васильевна Ситникова. В 2022 году мы втроем выпустили учебный методический комплект по юкагирскому языку для начальной школы, в него вошли учебники как в печатном, так и в электронном формате, а также методические рекомендации для педагога. Большую помощь оказал нам Гаврил Николаевич Курилов, доктор филологических наук, юкагирский поэт, писатель, ученый-лингвист, создатель юкагирской письменности и литературного языка.

В 2023 году мы выпустили учебник по юкагирскому языку для пятого класса, в 2025 году при содействии Федерального института родных языков народов Российской Федерации вышел русско-тундренный юкагирский словарь для начальной школы. В 2017-м был переиздан букварь 1987 года под редакцией Гаврила Николаевича Курилова. Авторами стали Гаврил Николаевич Курилов, Федосия Николаевна Татаева и Анастасия Владимировна Третьякова, учитель юкагирского языка в селе Андрюшкино. В данный момент мы работаем над учебными материалами для средней школы – для шестого класса эта работа в целом завершена, сейчас разрабатываем материалы для седьмого, восьмого и девятого классов.

– А до этого были линейки учебников юкагирского?

– В 1990-х годах были изданы учебные пособия по литературному чтению, автором является Николай Николаевич Курилов – юкагирский поэт, писатель, художник. Но с того времени изменились государственные образовательные стандарты. Так что наши пособия – современные, первые в своем роде. И для педагогов, которые ведут уроки юкагирского языка, они стали большим подспорьем. В этой работе колоссальную поддержку оказывает Министерство образования Якутии, спонсоров у нас нет. То, что регион обеспечивает выпуск учебных пособий и методических материалов, я считаю очень важным.

30 апреля 2026 года, когда мне довелось поучаствовать во встрече с президентом России Владимиром Путиным, я задала вопрос о возможности предусмотреть специальные гранты для создания и выпуска учебных и методических пособий.

Потому что, когда учебников нет, каждый педагог должен вести преподавание безо всякой базы. Я в том числе и на свой опыт опираюсь. Конечно, и без учебников преподавание велось, педагоги находили выход из ситуации, но, когда мы создали комплекты учебников с первого по четвертый класс по родному языку и со второго по четвертый класс по литературе, и педагогам и детям стало заметно проще. И я очень рада, что сейчас появляется возможность заниматься по современным учебникам.

– А в каких школах преподают юкагирский?

– В рамках учебной программы тундренный юкагирский язык изучают в двух школах Якутии – в селе Андрюшкино и экспериментальной школе-интернате «Арктика». В селе Андрюшкино юкагирский язык дети изучают с первого по одиннадцатый классы. В «Арктике» юкагирский язык ведется с восьмого по одиннадцатый класс. Но во многих школах, где живут юкагиры, есть внеклассное преподавание. И для педагогов очень ценно, что они могут использовать готовые методические рекомендации и учебники, а не создавать все с нуля.

Я прямо скажу, свободно ребята не говорят, но они могут составить предложение, задать вопрос, ответить, поддержать диалог, рассказать о себе и семье. Это уже очень хороший багаж, в будущем эти знания можно совершенствовать. Поэтому можно сказать, что сейчас в школе ученик может получить языковую базу.

– В прошлом году вы ездили на Чукотку, знакомили с опытом «Арктики» учителей округа. Насколько ваши наработки актуальны для другого региона и для типовых школ?

– На Чукотке своя специфика, во многих школах региона по родным языкам проводятся внеклассные занятия. Во время той поездки предложили запустить обучение юкагирскому тундренному языку детей села Омолон в дистанционном формате. С представителями педагогического сообщества у нас были круглые столы, обсуждения. В Омолоне ранее не было преподавания юкагирского в школе, поскольку не было преподавателя. В нынешнем учебном году с детьми из этого села занималась я – и тоже удаленно. У меня в Омолоне шесть учеников, и юридически это все – внеурочная деятельность.

– Есть ли разница между уроками в рамках учебной деятельности и дополнительными занятиями?

– С методической точки зрения разницы нет, материал может быть один и тот же. Но есть разница в отношении учеников. На внеурочных занятиях они более расслабленные, бывает, пропускают. Но тут важно понимать, что когда дети приходят на дополнительное занятие, то уроки у них уже прошли и ребята к этому времени банально устали. Поэтому я стараюсь выстроить занятия так, чтобы ученикам было легче. Мы учим стихи, песни.

^{Фото из архива Анны Татаевой}

– Есть ли разница в уровне владения юкагирским языком в «Арктике» и в Омолоне?

– В «Арктике» дети из семей, где большое внимание уделяется национальным традициям. Поэтому часто у ребят дома говорят на юкагирском, это могут быть бабушки и дедушки – носители языков. И родители стараются использовать хотя бы отдельные слова в быту. Мои «арктиканцы», как я их называю любя, участвуют во всех мероприятиях, касающихся юкагирского языка, и занимают призовые места.

В Омолоне ситуация у моих учеников другая – они с юкагирским языком ранее в жизни не сталкивались, им сложно, например, распознавать речь, поэтому мы занимаемся с нуля. При этом хочу подчеркнуть, что формат дополнительных занятий подразумевает высокую мотивацию как учеников, так и их родителей. Очень отрадно, что дети хотят учить родной язык, они готовы отказаться от каких-то развлечений, гаджетов и свое свободное время они уделяют юкагирскому. Да, это трудный путь, но мои ученики в Омолоне большие молодцы, они очень стараются. И крайне важно, что ребят поддерживают мамы с папами, ведь именно они дают согласие на то, чтобы ученик посещал дополнительные занятия.

– А в чем разница для учителя между дистанционными и «живыми» уроками?

– Если же говорить о каких-то практических нюансах, то во время «живого» урока учителю проще контролировать внимание учеников, на дистанте поначалу сложно понять, смотрят дети на экран или у них гаджет рядом с компьютером лежит. Но со временем появляется навык работы на дистанте и удается поддерживать внимание учеников в течение всего занятия.

^{Фото из архива Анны Татаевой}

Но я подчеркну, что мне повезло с учениками. И в Омолоне, и в «Артике» ребята мотивированные, у учеников есть большое желание глубже изучать язык, культуру и традиции. Когда ученик хочет заниматься, с ним приятно работать в любом формате, как очно, так и дистанционно.

Конечно, бывают и шалости, случаются у нас и невыполненные задания, но это же все-таки школа, у всех так бывает.

Критическое значение для всего формата преподавания имеет качество связи. Сигнал, прямо скажу, не всегда хороший, бывают и помехи, и плохая слышимость. Это проблема для уроков родного языка, потому что мне нужно слышать произношение, чувствовать малейший звуковой оттенок. Иногда из-за качества связи все это сложно разобрать.

– Получается, вы совсем не видите своих учеников из «Арктики» вживую?

– Почему же, вижу. У меня в «Арктике» восемь учеников. Большинство из них из села Андрюшкино, откуда я сама родом. Летом они возвращаются домой, а я еду к маме, так что мы встречаемся. Я езжу в Нерюнгри, все-таки это моя работа. Иногда встречаемся в Якутске. Также я хорошо знаю родителей учеников, поэтому мы и летом обсуждаем какие-то моменты, связанные с успеваемостью ребят, и в течение года родители мне пишут, задают вопросы, как у ребят дела с занятиями. Мы на связи.

– «Арктика» известна своим необычным форматом распределения учеников по этажам, когда ребята живут общинами. Удается ли с дистанционным форматом преподавания вам, как педагогу, участвовать в жизни общины?

– Конечно, это сложно. Когда вживую общаешься с учеником, он может что-то спросить в коридоре или у него бывает потребность поговорить по душам. На дистанте такой возможности нет. Но я консультирую ребят, когда они готовятся к национальным праздникам или делают какие-то проекты, связанные с юкагирскими традициями. В целом в поддержании жизни общин задействован весь коллектив «Арктики», ребятам помогают выстроить быт, наладить контакт с другими учениками. Народным художественным промыслам ребята обучаются на уроках труда, во внеурочной деятельности. В «Арктике» есть фольклорный танцевальный ансамбль «Ляридо», в их репертуаре танцы всех наших северных народностей. Поэтому юкагирские традиции в «Арктике» – это не только уроки родного языка, но и целый комплекс других занятий, чтобы ребята смогли как можно глубже погрузиться в культуру и традиции своего народа.

^{Фото из архива Анны Татаевой}

– Как вы считаете, может ли формат дистанционного обучения массово использоваться для изучения родных языков коренных малочисленных народов?

– Да, дистант для изучения родных языков – это выход. Такой подход дает возможность проводить уроки в формате как учебной деятельности, так и дополнительных занятий, причем не только в крупных школах – в городах и райцентрах, в малокомплектных сельских школах. Честно скажу, я очень люблю, когда есть живой контакт с детьми. И у меня даже много раз бывали мысли бросить все и уехать в Нерюнгри к моим ученикам. Потому что через экран все равно не удается добиться такого 100-процентного контакта между педагогом и учеником. Но в то же время я понимаю, что дистанционные технологии дали сейчас такие возможности, которые еще лет 20 назад в изучении родных языков казались невероятными. И этим надо пользоваться.

Справка «КМНСОЮЗ-NEWS»

Ф.И.О.: Татаева Анна Николаевна

Регион: Республика Саха (Якутия), г. Якутск

Деятельность: учитель юкагирского языка в экспериментальной школе-интернате «Арктика», соавтор учебных пособий и методических рекомендаций по юкагирскому языку